В глубинке разворачивается трагедия. Там вспыхнула эпидемия среди крупного рогатого скота. У фермеров и обычных крестьян отбирают коров и быков, чтобы уничтожить их и предотвратить распространение болезни. За несколько недель было убито и сожжено 100 000 голов крупного рогатого скота. Это может привести к дефициту молока в деревне.
Рога и копыта в огне
К экономическим проблемам нашей страны добавилась ещё одна. В провинции ветеринары обнаружили мощные вспышки двух вирусов — пастереллёза и бешенства. Причина — холодная и снежная зима. Диким животным было сложно найти пропитание. Поэтому они выходили к людям и зимующим стадам. И заражали скот. Очаги эпидемии находятся в Сибири, на Урале и в Поволжье.
Крестьянский ропот и копытный топот
Селяне взорвались недовольством. Якобы уничтожали внешне здоровых животных без должного проведения анализов и оформления надлежащей документации. В основном коров лишились не фермеры, а личные подсобные хозяйства. Многие крестьяне вышли на несанкционированные акции протеста. Где-то они перекрывали дороги. Местами дошло до столкновений с ОМОНом.
Руководитель комитета по аграрной политике Новосибирской области Денис Субботин даже извинился за то, как жёстко действовали власти. Он признал недоработки в коммуникации с местным населением.
Секретный ящур
Соцсети и некоторые медиа взорвались версией о «секретном ящуре». Якобы официально объявленный пастереллёз — это ширма для нового варианта особенного изощрённого вируса.
Ветеринары аргументируют, что пастереллёз — это бактериальная инфекция. Она эффективно лечится антибиотиками и не требует уничтожения поголовья. Ящур же — вирус с очень высокой заразностью. Ветеринарные правила действительно предписывают умервщление всех восприимчивых животных в радиусе до 5 км от очага.
След капитализма
Многие пострадавшие обвинили власти в зачистке рынка в интересах крупнейших агрохолдингов. Сами компании категорически отвергают эти обвинения, заявляя, что их предприятия находятся в тысячах километров от зон ЧС. Мелкие фермеры теряют единственный источник дохода. Депутат Госдумы Ренат Сулейманов назвал происходящее «катастрофой», предупредив, что это демотивирует людей заниматься сельским хозяйством.
Государство выплачивает пострадавшим компенсацию из расчёта около 171–173 рублей за килограмм живого веса. Это в разы ниже рыночной цены животного. В Новосибирской области анонсированы дополнительные выплаты социальной помощи (18 500 рублей на члена семьи в течение девяти месяцев и компенсация 50% затрат на покупку нового скота).
Версия о причастности крупных компаний к событиям — ложь, отметил глава исполнительного комитета Национальной мясной ассоциации Сергей Юшин.
Изъятие и уничтожение слабо отразится на общем поголовье скота в силу простой арифметики. Крупные агрофирмы вряд ли причастны, соглашается доктор экономических наук, экс-замминистра сельского хозяйства Леонид Холод.
Таким образом, инфляция на говядину в нашей стране может ускориться. За два года цены на такое мясо выросли более чем на 30%. В 2025 году говядина подорожала примерно на 10%. В той же Новосибирской области «говяжья инфляция» за четыре последние года составила 75%. Однако власти можно понять. Мягкие меры в этой области могли бы привести к потере миллионов животных, а не сотен тысяч. Но многим крестянам теперь нужно идти в суд, чтобы добиться справедливой компенсации.
