ЧМ-2026 стал самым технологичным в истории. Датчики в мячах, 16 камер на каждом стадионе, 3D-сканы всех 1 248 футболистов. Всё это превращает каждое движение игрока в цифровой товар. В паре с нейросетью Football AI Pro (разработка ФИФА и Lenovo) система выдаёт больше 2 000 показателей на каждого футболиста. Разбираемся, что это за информация и кто на ней зарабатывает.
Как и кто зарабатывает на биометрии
Рынок спортивной аналитики уже превысил 5,7 млрд долларов, а к 2033 году достигнет 23 млрд долларов. Об этом сообщает Forbes. Главные покупатели — букмекеры и вещатели. Именно они охотнее всего платят за подробную статистику. ФИФА уже продала эксклюзивные права на показатели ЧМ-2026 корпорации Stats Perform (Opta). Клубы и игроки с этого не получают ничего.
«Реал», «Манчестер Сити», «Бавария», ПСЖ платят своим звёздам десятки миллионов евро в год. Но на время турнира сборных доступ к информации о состоянии игроков они теряют. Клубы не видят, в какой форме их футболисты. Не могут оценить риск травмы. А ЧМ-2026 растянут на рекордные 104 матча. Уставшие после клубного сезона спортсмены рискуют получить повреждения.
ФИФА перечисляет клубам компенсацию — 355 млн долларов. Это примерно 11 000 долларов в день за одного игрока. При этом одна только сборная Франции стоит дороже, чем все эти выплаты. Если травму получит условный Килиан Мбаппе, мадридский «Реал» вряд ли удовлетворит сумма от федерации. Спор между ФИФА и клубами из-за данных набирает обороты: информация становится ключевым активом индустрии.
Игроки тоже против того, что их персональные данные продают без их участия. Позиция профсоюза FIFPro: цифровые следы тела принадлежат только спортсмену. По опросам, 80% футболистов хотят сами управлять своей информацией и продавать её. И совершенно закономерно встаёт вопрос о компенсациях от ФИФА в пользу самих игроков.
С 2021 года продолжается судебное разбирательство в рамках инициативы Project Red Card. Более 850 футболистов требуют компенсаций от букмекеров и игровых компаний за использование их статистики без согласия. FIFPro также анонсировала создание независимого облачного хранилища, где каждый игрок сможет сам решать, кому и за сколько продавать свою телеметрию. А то, как собирают и используют информацию на ЧМ-2026, лишь подстёгивает эти юридические процессы.
Как биометрию защитили в баскетболе
В 2009 году экс-баскетболист Эд О'Бэннон увидел себя в симуляторе студенческой лиги NCAA Basketball на приставке— без фамилии, но с его ростом (203 см) и характерным броском с левой руки. Он работал продавцом в автосалоне, а его цифровая копия приносила миллионы EA Sports. Коллективный иск на 60 млн долларов выиграли 25 000 атлетов. Позже студенты-спортсмены отсудили ещё 2,8 млрд долларов. Это запустило эпоху NIL (Name, Image, Likeness) — права спортсменов монетизировать своё имя и образ. Футбол сейчас проходит тот же путь: права на биометрические данные, включая пульс, постепенно входят в правовое поле.
Представьте: Эрлинг Холанн или Килиан Мбаппе смогут продавать свою биометрическую информацию напрямую производителям экипировки, разработчикам фитнес-приложений или даже соперникам. Один «цифровой профиль» такого спортсмена может стоить миллионы. Именно этого пытается избежать ФИФА — если данные перестанут быть её монополией, бизнес-модель федерации рухнет.
Доходы с биометрии будут хорошей прибавкой к зарплатам Холланда и Мбаппе в их клубах. Кстати, в материале «Рейтинг футбольных зарплат. Сколько зарабатывают Месси, Роналду, Мбаппе и другие звёзды» мы писали, что эти футболисты зарабатывают 31,6 и 32 млн евро в год соответственно.
ЧМ-2026 станет полем битвы не только за мяч, но и за биометрию каждого футболиста. В центре дискуссии — вопрос, кому на самом деле должны принадлежать эти сведения. ФИФА не хочет делиться, клубы и игроки требуют права на свои цифровые следы. И хорошо бы, если бы ФИФА поделилась: рынок стремительно растёт, букмекеры наращивают прибыли и делают миллиардные обороты. Телевещатели тоже в плюсе. Денег хватит на всех.
Поделитесь своим мнением: